«Так что же он хочет доказать? Что власть премьер-министра выше многовековой веры армянского народа? Что выше его политической воли не должно быть ничего? Что это — инфантильность или комплексы, не преодолённые с детства?..

Запомни и зафиксируй: Церковь не подчиняется твоей власти, духовенство не является мишенью политической расправы, а вера армянского народа — не инструмент сведения твоих личных счётов.

Ты можешь оказывать давление, но не можешь приказом стереть историческую память народа. Ты можешь занимать кресло премьер-министра, но не можешь ставить себя выше Армянской Церкви и национального достоинства.

Для меня самое шокирующее в методах этой власти — стремление создавать противостояние повсюду и во всём: оппонент объявляется врагом, критик — угрозой, а уголовные дела, в связи с которыми звучат подозрения в политическом преследовании и выдвижении сфабрикованных обвинений, становятся фактором, разрушающим общественное доверие.

А когда речь идёт об азербайджанце, пересёкшем границу и обвиняемом в стрельбе по армянской женщине и детям, власть обязана объяснять каждый свой шаг и доказывать, что её приоритет — безопасность граждан Армении, а не поведение, которое общество воспринимает как защиту интересов азербайджанца.

В итоге получается следующее: армянскому оппоненту — клеймо врага, Церкви — статус мишени политического давления, а на вопросы безопасности собственных граждан — двусмысленные и туманные ответы.

Неужели именно такое государство представляет себе Пашинян?..

Когда власть вступает в конфликт с духовным центром собственного народа, превращает политическую конкуренцию во вражду, а вопросы национальной боли и безопасности запутывает в грязной пропагандистской борьбе, происходящее уже невозможно объяснить одними лишь политическими разногласиями.

Проблема заключается в отношении власти ко всему, что ей не подчиняется: к Церкви, оппозиции, свободе слова и общественному сопротивлению.

Пашинян должен прекратить делить Армению на покорных и врагов.

Армянская Церковь не является его политической собственностью, суд — оружием против оппонентов, а армянский народ — безликой массой, которую можно унижать, раскалывать, а затем требовать от неё безоговорочной преданности. Так не бывает.

Помните: перед лицом истории самая опасная власть — не та, которая ошибается, а та, которая ищет виновных в своих ошибках повсюду, кроме самой себя», — говорится в заявлении.