Ограничение избирательного права цензом оседлости не вытекает из положений Конституции. Об этом заявила наблюдательная миссия «Очевидец», коснувшись проекта закона о внесении дополнений в конституционный закон «Избирательный кодекс Республики Армения».
В заявлении, в частности, отмечается:
«Наблюдательная миссия «Очевидец», изучив проект закона о внесении дополнений в конституционный закон «Избирательный кодекс Республики Армения», считает, что, хотя он поднимает вопросы, имеющие существенное значение для реализации избирательного права, тем не менее, их решение требует более глубокого конституционно-правового и профессионального обсуждения.
Прежде всего, необходимо зафиксировать, что идея установления определенного ценза оседлости (проживания) для реализации избирательного права с целью обеспечения реальной и устойчивой связи между гражданами и государством сама по себе может преследовать правомерную цель. В частности, данные и факты, полученные в ходе парламентских выборов 2026 года, касающиеся зафиксированного на первый взгляд иностранного вмешательства, организованного перемещения избирателей из-за рубежа и направления избирателей, показывают, что участие лиц, не имеющих фактической и устойчивой связи с государством, может отрицательно сказаться на свободе, объективности, справедливости избирательного процесса и общественном доверии к нему. В этом контексте обсуждение правовых механизмов, направленных на обеспечение устойчивой связи избирателя с государством, по нашему мнению, является обоснованным.
Следует также отметить, что требование о проживании в соответствующем государстве в течение определенного периода времени как предварительное условие реализации права избирать совместимо с принципами, закрепленными в статье 3 Протокола N1 к Европейской конвенции по правам человека. Согласно прецедентному праву Европейского суда по правам человека, избирательные права подлежат ограничениям, вытекающим из толкования Конвенции, а государства в этой сфере пользуются широкими пределами усмотрения при условии, что ограничения преследуют правомерную цель, не затрагивают сущность права и являются соразмерными (Doyle v. the United Kingdom, Mathieu-Mohin and Clerfayt v. Belgium).
Суд подтвердил, что требования, связанные с местом проживания или продолжительностью проживания, в принципе не считаются произвольными ограничениями и не противоречат Конвенции (Sitaropoulos and Giakoumopoulos v. Greece, Hilbe v. Liechtenstein). Такие требования были признаны правомерными, исходя из того, что избиратель должен иметь достаточную и реальную связь с политическим сообществом и находиться под непосредственным влиянием решений законодательного органа, с учетом: (1) более слабой связи граждан, длительное время отсутствующих в стране, с повседневными проблемами страны, (2) их более ограниченного участия в избирательном процессе и формировании политической воли, (3) более косвенного влияния на них решений, принимаемых избранными органами, и (4) правомерного интереса государства в ограничении влияния проживающих за рубежом граждан на выборы по вопросам, которые, хотя и являются несомненно фундаментальными, в основном затрагивают лиц, проживающих в стране (Doyle v. the United Kingdom; Sitaropoulos and Giakoumopoulos v. Greece, Shindler v. the United Kingdom).
Хотя указанные прецеденты касаются избирательных прав граждан, проживающих за рубежом, они подтверждают, что ограничения, основанные на продолжительности проживания, сами по себе не считаются противоречащими Конвенции и оцениваются в свете критерия соразмерности. Хотя Кодекс надлежащей практики в избирательных вопросах Венецианской комиссии Совета Европы рекомендует применять требования к продолжительности проживания граждан только в случае местных или территориальных выборов, он является источником «мягкого права», и Европейский суд по правам человека не принял этот подход в качестве критерия толкования Конвенции и продолжил придерживаться позиции, согласно которой допустимость требований, основанных на проживании, на парламентских выборах зависит от их правомерной цели и соразмерности в рамках широкого усмотрения, предоставленного государствам.
Тем не менее? представленный проект содержит две концептуальные проблемы. А именно:
1. Проект предусматривает требование фактического нахождения в Республике Армения не менее 183 дней в течение предыдущих 365 дней, что не может объективно и в достаточной степени отражать наличие или отсутствие у гражданина устойчивой и непрерывной связи с государством. В этом отношении заслуживает внимания также представленное Правительством Республики Армения предложение по проекту, которое созвучно и ранее представленному «Очевидцем» предложению в Министерство юстиции и согласно которому для оценки характера и содержания отношений с государством более целесообразным может быть рассмотрение более длительного периода времени.
Наблюдательная миссия «Очевидец» также считает, что при обсуждении возможности введения ценза оседлости необходимо рассмотреть установление требования постоянного проживания в Республике Армения не менее одного года в течение как минимум последних двух лет как реалистичного критерия оценки более длительной непрерывности отношений государство – гражданин.
2. Более фундаментальной проблемой является конституционность предлагаемого проектом регулирования. Часть 1 статьи 48 Конституции Республики Армения четко устанавливает, что в день парламентских выборов или референдума право избирать и участвовать в референдуме имеют граждане РА, достигшие 18 лет. Часть 4 той же статьи исчерпывающим образом определяет случаи ограничения избирательного права, устанавливая запрет права избирать исключительно для лиц, признанных недееспособными вступившим в законную силу решением суда, а также для лиц, осужденных вступившим в законную силу приговором за умышленное тяжкое преступление и отбывающих наказание.
Таким образом, сама Конституция установила предпосылки реализации избирательного права и исключительные, исчерпывающие основания его ограничения, не предусматривая возможности установления дополнительных условий на законодательном уровне. Следовательно, введение нового ценза оседлости в контексте действующей Конституции неизбежно приведет к дополнительному ограничению гарантированного Конституцией избирательного права, которое не вытекает из регулирования статьи 48 Конституции.
Мы считаем, что возможные правовые решения, направленные на обеспечение устойчивой связи избирателя с государством, должны стать предметом широких профессиональных и общественных обсуждений, в том числе в контексте конституционных изменений».
